Перископом для Души, бредущей вслепую, может стать Астрология...

 


Константин Дараган

Интервью в Школе классической астрологии в СПб

Предлагаем вашему вниманию беседу с Константином Дараганом – астрологом, кандидатом философских наук, доцентом Национального аэрокосмического университета Украины, автором книг и обучающих программ. Константин любезно согласился ответить на вопросы, подготовленные преподавателями «Школы Классической Астрологии К.Дарагана в Санкт-Петербурге» – Екатериной Вишневской и Евгением Фарафоновым.

 

Евгений Фарафонов (Е.Ф.): Добрый день! Сегодня у нас в гостях Константин Дараган – преподаватель и практикующий астролог. И нам хотелось бы задать несколько вопросов, касающихся астрологии и ее места в современном мире.

Константин Дараган (К.Д.): Добрый день!.

 

Е.Ф.: Скажите, Константин, можно ли астрологию в принципе называть наукой? И если она является наукой, то какой?

К.Д.: Это достаточно спорная тема: даже сами астрологи не находятся в согласии по этому вопросу. Я убежденный сторонник того, что астрология в настоящий момент не является наукой. Это протонаука – наука в процессе становления, примерно, как химия во времена увлечения алхимией. То есть, это – нечто, что превратится в науку в следующие столетия. В данный момент это - в большей степени Искусство. Оно предполагает сходные с искусством аналогии: очень высока роль субъективности, то есть роли астролога, его личного опыта, того, что он читал, что он умеет делать. В отличие от науки, где технология превалирует над личностью и субъективным опытом.

 

Е.Ф.: Получается, что с точки зрения философии науки, ее пока не очень разумно рассматривать?

К.Д.: Совершенно верно. Именно по этой причине я считаю, что наукой она на данный момент не является, и спорю с теми моими коллегами, которые считают, что это – наука. Среди них есть даже такие, которые считают, что это – точная наука, аналогичная математике. Но принцип фальсифицируемости Поппера и вообще методология и философия науки не вполне применима к астрологии, как к научной дисциплине на данный момент. Слишком много здесь еще даже на уровне аксиом не является общепринятым.

 

Е.Ф.: В таком случае, вопрос можно было бы развернуть и задать его в контексте того, что происходит в современном мире. Является ли астрология элитарной областью знаний?

К.Д.: Безусловно! Причем, всю свою историю она была элитарной областью знаний. Мы живем в очень интересный период, когда подлинно элитарное знание, доступное несколько сотен лет назад только людям с хорошей математической подготовкой, с шикарной эрудицией, со знанием нескольких языков, то есть - полноценной элите культуры, сейчас становится знанием массовым. Я убежден, что настоящая астрология всегда останется элитарным знанием, хотя и по другим причинам. Как и любая профессия, она требует слишком многого, но изучение ее сейчас возможно, как изучение массовой культуры. Такого не было никогда прежде в истории.

 

Е.Ф.: А чем продвижение астрологии в массы может быть полезно? Нужно ли ее продвигать в массы? Ведь, еcли это – элитарная область знаний, то возникает конфликт между тем, что она проникает в массы и тем, что она требует очень глубокого погружения.

К.Д.: На счет глубокого погружения я могу привести такую метафору: мы можем заниматься спортом, но не обязаны становиться олимпийскими чемпионами. Все равно, каждый из нас, занимаясь спортом, может получить какую-то пользу. То же самое с астрологией – мы не обязаны становиться профессионалами и элитой этого искусства. Даже на том уровне, на котором мы ее освоим, мы можем получить какие-то преимущества. Например, разобраться, в обучение каким наукам следует отдавать собственного ребенка или как ему помочь с профориентацией. Это не такой сложный навык, которому нужно учиться много лет. Выяснить то, какие у вас проблемы настоящие, а какие – кажущиеся. Если человек выйдет на тематику совместимости, что чуть более сложно, чем начальный уровень, то он сможет находить тех людей, с которыми ему стоит связываться всерьез, а с кем - нет и определять по какой причине у него могут быть проблемы. Но если он доходит до уровня прогностики, то он выходит в подлинно элитарную область, которая современная культура не может заменить ничем. Так называемая «футурология» развитой методологии предсказаний не имеет, а астрология этим занимается тысячи лет.

 

Е.Ф.: Какие базовые ценности должны быть в основе, чтобы практика астрологии была плодотворной? Чтобы она действительно приводила к развитию и позитивному результату (как в социальном и личном, так и в метафизическом смысле слова)?

К.Д.: Я абсолютно убежден, что главным качеством современного астролога должно быть любопытство. Такое, почти кошачье – узнавать новое, «как это прошло мимо меня?!». Я знаю это по себе: когда астрология превращается в профессию, в ремесло, когда ты начинаешь терять интерес к тому, чтобы разгадать загадку другого человека и его судьбы, эффективность падает. То есть, да – можно зарабатывать деньги, но эффективность быстро падает и рано или поздно ты с этим сталкиваешься. Когда у тебя есть чистый и бескорыстный интерес понять, "как это устроено?", что-то в этом мире помогает тебе это делать, и подбрасывает удачу за удачей.

 

Е.Ф.: То есть, если оперировать метафизическими категориями, это - принцип Логоса, познания, которое стремится самое к себе?

К.Д.: Да! Астрология ориентирована на людей, вообще, любопытных по жизни, которым интересна скрытая сторона вещей, которым очень хочется ответить на вопросы «почему?» и «как оно устроено?».

 

Е.Ф.: Но, тем не менее, это область организованного знания. И в таком случае, какие большие задачи стоят перед астрологией в современно мире, если они, вообще, есть, с Вашей точки зрения?

К.Д.: Это интересный вопрос. Если разбирать астрологию, как область, которая может помочь человеку, это, фактически - прикладная философия. И если мы не будем рассматривать астрологию популярную, которая заполняет последние колонки журналов или используется для смс-сбора денег на сайтах, где «ваш гороскоп на сегодня», то настоящая серьезная астрология перекрывает практически все области в соответствии с ее историческим развитием. Будет перекрывать и медицинскую область – она может помочь здесь, и финансовую, и тему профориентации, и совместимости, и прогноза – где она вне конкуренции, по крайней мере, в настоящий момент. То есть существует целая группа запросов, которые могут быть удовлетворены. Дело в том, что один из грузов современного человека – это груз принятия решений. Астрология помогает сделать это решение более осознанным, более аргументированным в тех ситуациях, когда у вас нет ни информации, необходимой для принятия решения, ни возможности получить какой-то, хоть копеечный, прогноз на будущее. Астрология позволяет ориентироваться здесь более четко. Поэтому люди, которые отягощены грузом принятия решений – политики, финансисты – те, чьи ошибки стоят очень дорого и им, и другим людям, даже при скептическом отношении к астрологии, рано или поздно на нее выходят. Ну а дальше все уже зависит от того, насколько мы квалифицированно можем им помочь.

 

Е.Ф.: Могли бы Вы более подробно сказать о моральных установках, которые должны присутствовать у астролога в наше время. Ведь он имеет дело с людьми и несет за них определенную ответственность.

К.Д.: Безусловно, моральные установки должны присутствовать. Но «должны», не всегда означает, что так и есть на самом деле. Естественный ход вещей таков, что планета, управляющая консультативной астрологией та же, которая управляет, скажем, и прикладной медициной. Один из астрологов средневековья – Николас Кульпепер - по этому поводу говорил, что часто грамотный специалист может оказаться, одновременно, скверным человеком. Это бывает в медицине, это бывает в астрологии. Я считаю, что астролог обязан иметь однозначные моральные границы, просто понимая, что в нашем обществе он выполняет функции советчика и играет в архетипе Мудреца. Учитывая то количество пены, которое существует вокруг астрологии и у нас, и в западном мире, я бы сказал, что это один из определяющих критериев квалифицированного астролога вообще, отличающий его, в том числе, от мошенника и шарлатана. Но я также понимаю, что для профессиональных качеств, в общем-то, это не критично. Это, скорее, описывает нас, не как специалистов, а как людей с определенной личностной жизненной позицией, берущих на себя ответственность. Сама по себе астрология не требует моральных качеств, не требует поста или определенной веры.

 

Е.Ф.: А это имеет отношение к двум разным подходам к астрологии: как ремеслу и как к искусству? Ремесло – оно повседневно, оно, скорее, предполагает проявление какой-то группы навыков для очень конкретных задач, а искусство – это нечто большее.

К.Д.: Конечно, это взаимосвязанные вещи. Искусство изначально предполагает, что мы занимаемся, по большому счету, Божественной практикой. Один из философов древней Греции, считал, что люди, которые изучают Богов, должны хоть как-то соответствовать предмету – хотя бы не иметь физических уродств, ярко выраженных проблем и так далее. Думаю, что это имеет смысл! Другой разговор, что любое ремесло все равно искушает человека упрощать, и, если не халтурить, то хотя бы искать какие-то обходные пути. Это, как если бы мы имели дело, скажем, с маркетингом, достаточно специфичной специальностью, предполагающей определенные моральные качества или их отсутствие. И, конечно, человек будет постоянно сталкиваться с этими моральными выборами, занимаясь астрологией. Каждый будет их решать в меру своей культуры.

 

Е.Ф.: Дэйн Радьяр говорит, что астрология – это карма-йога. В Ваших словах, как будто бы, прослеживается этот оттенок.

К.Д.: Я абсолютно убежден, что он прав! Мое отношение к астрологии полностью соответствует пониманию ее, как карма-йоги. Это – образ жизни, это – путь. Но очень мало астрологов понимают, что астрология вообще имеет такие функции, как руководство на жизненном пути. Скажем, средневековая европейская астрология понималась только в одном ключе – прогностическом. Поэтому, это уже современный, более глубокий подход. Мне он кажется очень разумным.

 

Е.Ф.: Отсюда вытекает практический вопрос. Если астрология специфическая, достаточно закрытая в элитарном смысле слова область, правомерен ли будет отбор людей для обучения с помощью самой же астрологии?

К.Д.: Теоретически – да. А на практике жизнь их отбирает сама, примерно так же, как отбираются более или менее успешные спортсмены. То есть наши личностные ограничения - нашего ума, воспитания, эрудиции – просто отбрасывают нас, не позволяют нам прогрессировать. Да, конечно, можно было бы сделать питомник астрологов. Я абсолютно серьезно говорю – можно было бы создать спецшколу из людей, с ярко выраженными способностями к астрологии. Критерии отбора хорошо видны в натальной карте. Но, во-первых, у общества нет социального заказа на такую работу. Во-вторых, естественный отбор никто не отменял, и в этом есть плюсы и минусы. Поэтому, я думаю, что этого делать не надо.

 

Е.Ф.: Тем не менее, время от времени появляется информация, сквозные предложения в некоторых статьях, о том, что «астрологическая артель» - совокупность астрологов – могла бы стать серьезным и даже влиятельным органом. Но здесь мы уже вторгаемся в область политики и социальных практик.

К.Д.: Я думаю, что это не просто возможно, а делалось и делается уже не первое столетие. Вы знаете, что такой отдел существовал какое-то время при президенте Ельцине, и я могу сказать, что нынешние украинские политики "второго эшелона власти" консультируются с астрологом. Думаю, что это было и будет всегда, и общества, которые имеют давнюю неразорванную традицию астрологии, как, скажем, Ватикан, европейские традиционные школы вообще, скорее всего, практикуют подобного рода подход. Я просто не готов говорить аргументировано со ссылками на конкретных людей, но однозначно понимаю, что это имеет смысл.

 

Е.Ф.: Не могли бы Вы более четко, может быть в виде ключевых слов, рассказать, в чем состоит Ваш собственный подход к астрологии, возможно – к преподаванию астрологии, как к области знаний – глубокой и даже элитарной.

К.Д.: Так получилось, что к астрологии я пришел, как к третьей профессии. Первой была техническая профессия – программирование и информационные технологии, вторая – философское образование, а параллельно развивался мой интерес к астрологии. И, возможно, тот опыт, который я получил, привел к тому, что я понимаю астрологию не так, как понимают ее люди, у которых астрология – первое и главное образование в жизни, то есть не как очень сложную и запутанную систему понятий. Астрология – простое, рациональное знание, в принципе, не более сложное, чем правила дорожного движения, просто более емкое. Его можно изучить, запомнить и применить. И точно так же, как правила дорожного движения, оно так же неоднозначно в применении. Ключевые нюансы тут – здравый смысл и мышление по аналогии. Астрология, по сути, это аналогия между небесными событиями и событиями здесь, на Земле. Это роднит ее с поэзией, с гуманитарными дисциплинами, потому что это – не строгий способ мышления.

 

Е.Ф.: А близок ли Вам, в таком случае, интегральный подход Кена Уилбера к рассмотрению любой области знаний с позиций истины, красоты и морали?

К.Д.: С оговорками… Мне в принципе нравится идея того, что все пути, если они истинные, приводят к одной вершине. И в этом плане Кен Уилбер и весь проект «Атман» мне очень симпатичны. Но, как астролог, я отношусь к теме морали, как к одной из вещей, которая специфична для этого времени, для этой территории, для этих обстоятельств. То есть я не считаю, что эти ценности вечны. Если, скажем, пятьсот лет назад «хорошим» считалось одно, а сейчас считается другое, то мы должны понимать, что мораль меняется. Уилбер ведь тоже вкладывает в это более широкое понимание, чем то, которое принято понимать у нас под словом «мораль».

 

Е.Ф.: То есть это – относительное знание, которое нужно адаптировать? Если мы говорим про мышление по аналогии, то должны учитывать контекст.

К.Д.: Фактически астрологи занимаются этим всю историю астрологии. И это – одна из причин живучести астрологии. И я могу по этой причине утверждать, что она не умрет ни в двадцать первом, ни двадцать третьем веке, ни в третьем, ни в четвертом тысячелетии. Астрология – знание, которое не носит догматического характера. Оно адаптивно к тому миру, в котором мы живем. Оно не конфликтует с религиями, оно не конфликтует с атеизмом, оно бесшовно ложится на ту реальность, с которой мы контактируем. Астрология – это способ объяснять мир, и на основе объяснения и понимания, делать прогноз, вполне обоснованный и вполне успешный. Поэтому здесь нет конкуренции с существующими системами знаний. Она идет между ними, она идет параллельно, это такая маргинальная область.

Е.Ф.: Как, по-вашему, станет ли астрология наукой, в таком случае? Ведь Вы говорите именно о приближении к ней, о том, что мы используем объективный закон для приложения к действительности.

К.Д.: Это, скорее, следствие того, что я являюсь ученым академической школы и поэтому так мыслю. Думаю, что на протяжении моей жизни наукой она не станет. Я считаю, что рано или поздно она приблизится к этому. Но, как много времени займет, чтобы она стала механизмом, наукой в том варианте, в котором понимают прикладную науку, лабораторные исследования, например, чтобы можно было написать методичку, дать лаборанту и он, выполняя определенные шаги, получил четкий однозначный и всегда одинаковый научный результат - я не готов сказать. Думаю, что это не быстрый процесс для астрологии, слишком много еще нужно пройти.

 

Е.Ф.: Следующий вопрос будет, пожалуй, очень субъективным и очень личным. Поделитесь, пожалуйста, кто для Вас является кумиром, может быть – направляющим лидером? Какие фигуры сильно повлияли на Вас, как на астролога, на кого Вы ориентируетесь?

К.Д.: Если говорить об астрологах, лично мне очень близко то, что среди них было очень много людей с энциклопедическим образованием. В свое время астрологией занимались люди, которые не стеснялись одновременно быть математиками, поэтами, знатоками нескольких языков. Мне приятно, что среди моих коллег был Иоганн Кеплер – известнейший астроном прошлого и астролог, о чем знают не все. Что этим занимался Ньютон, о чем тоже знают не все. Что многие математики и астрономы прошлого были выдающимися астрологами. Я однозначно симпатизирую Уильяму Лилли – британскому астрологу ХVII века, но это личная симпатия. Кроме того, что он был эффективным практиком, наша астрологическая совместимость такова, что я его очень хорошо понимаю, и мне нравится его склад мышления, результаты, цели, которые он перед собой ставил, и то, что не боялся отказываться от устаревшего. Из астрологов XX века мне очень интересны Николас Кемпион с его подходом, Билл Меридиан – известнейший финансовый астролог США. Опять же, у каждого "иконы" будут свои – под наши индивидуальные гороскопы, ведь наша реакция на определенных людей во многом обусловлена астрологически. И астрологу это очевидно, потому что эти взаимосвязи, действительно, четкие, проверяемые. И хотя они не носят научного характера, но они алгоритмизируемы, им можно научить.

 

Е.Ф.: И, завершая нашу сегодняшнюю беседу, спрошу: можно ли сказать, что энциклопедичность, широкий взгляд на мир – это то, что необходимо любому астрологу?

К.Д.: Знаете, до Вашего вопроса я всерьез не задумывался над этим. Думаю, что да. Конечно, астролог, как узкий специалист (например, астролог медицинского направления) вполне возможен. Но астролог-универсал обязан быть эрудитом, у него просто нет вариантов. Учитывая сегодняшнюю ситуацию с астрологией, она, фактически, ожидает от каждого астролога, что он ее будет развивать – проводить эксперименты, изучать. Следовательно, он должен иметь для этого достаточную подготовку, уровень знаний и образования.

 

Е.Ф.: Ставя некое многоточие в окончании нашей беседы, мы желаем всем нашим читателям-астрологам той самой широты, эрудиции и практики, практики, практики. Спасибо Вам, Константин, и всего доброго!

К.Д.: Спасибо. Успехов!

 

 

14 апреля 2013 года, Санкт-Петербург.